9673d3cd     

Плонский Александр - Запах Ванили



Александр Филиппович ПЛОНСКИЙ
ЗАПАХ ВАНИЛИ
Фантастический рассказ
У меня хватит ума держать язык за зубами. Ведь в то, что произошло со
мной, не поверит ни один материалистически мыслящий человек!
Мистик, напротив, пришел бы в восторг, раструбил всем и вся. Взял бы
на вооружение. Как раз этого я и не допущу. Ведь существуют реалии, хотя и
не имеющие ничего общего с чудом, но пока еще непосильные для нашего
мозга. Такова сама жизнь. Можно осмыслить ее частности, целое же
непостижимо. Раньше я так не считал. Теперь убежден в этом.
Итак, в двадцать седьмом часу нуклонного времени я раздавил
предохранительную пластинку и коснулся сенсора. На табло забегали огоньки,
машина загудела, осмысливая информацию. Должно было пройти ровно тридцать
минут - достаточно, чтобы передумать. Но я не передумал и во второй раз
тронул сенсор.
Пляска огоньков усилилась, гудение стало громче. Машина словно
предупреждала: "Опомнись, что ты задумал!"
За бортом бушевала солнечная корона, обрушивая на жаропрочную обшивку
капсулы турбулентные потоки плазмы. Система охлаждения работала на пределе
- малейший сбой, и неминуема гибель. Но быть испепеленным слишком
банально. Я выбрал для себя другой конец, и до него оставалось полчаса.
Разумеется, нуклонного времени, а оно, как известно, еще более
быстротечно, чем звездное, солнечное, эфемеридное или атомное.
Нелегко уходить в небытие. Тридцатиминутные интервалы и троекратное
прикосновение к сенсору исключают непродуманный шаг: ведь он может быть
вызван вспышкой отчаяния. Мое же решение не было скоропалительным. Я долго
размышлял, прежде чем его принять, и вовсе не досадовал на ритуал с
сенсором: часом раньше, часом позже - какая разница?
Шли последние секунды. Рука в третий раз потянулась к сенсору. Стоило
запоздать, и произошел бы сброс на нуль. Тогда пришлось бы все начинать
заново. На нерешительность и рассчитаны дубли: секунда в секунду - так
можно действовать, лишь сохраняя холодный рассудок.
Миллиметры и миллисекунды отделяли меня от вечности, когда сзади
послышалось:
- Не делай этого!
Я машинально отдернул руку. Время было упущено. И лишь затем до меня
дошло: не в мыслях, не в подсознании прозвучал голос, а донесся извне.
Я оцепенел. Потом заставил себя обернуться и... увидел женщину. Ее не
могло быть! Если уж солнечные протуберанцы не в состоянии проникнуть
внутрь капсулы, то человек мигом бы испарился в хромосфере, будь даже на
нем скафандр наивысшей космической защиты!
Вспомнилось из старой-престарой сказки:
"Чур меня, сгинь, нечистая сила!"
От этих непроизнесенных слов я расхохотался. Это выглядело как
истерика: я безудержно смеялся, а волосы на голове шевелились от ужаса.
Но вот мне удалось взять себя в руки.
"Чего страшиться? Смерти? Но не ты ли добивался ее? А что может быть
страшнее? Галлюцинация?"
К чести своей, я ни на мгновение не подумал о чуде. Мне уже
приходилось сталкиваться с явлениями, которые любой другой, по крайней
мере в первый момент, счел бы сверхъестественными, или, если прибегнуть к
псевдонаучной фразеологии, ирреальными.
Я не ученый, не исследователь в обычном толковании этого слова, а
испытатель экстремальных нагрузок и стрессовых ситуаций. Меня бросают в
горнило и ждут: сгорю или закалюсь. С моей помощью определяют предел
сверхчеловеческой выносливости. Суперкаскадер, вытворяющий немыслимые
кульбиты во славу науки, - вот кто я такой. В Древнем Риме быть бы мне
гладиатором!
Что я только не делал: завтракал в эпицентре ядерного взр



Назад